Возраст Зрелости. 3. Второй круг. 4. Школа.
Продолжу свои воспоминания о становлении ВолГУ (предыдущие части - 1, 2).
Второй круг.
Передышка от деканства длилась около полутора лет. За это время удалось вчерне написать докторскую диссертацию. Осенью 1984 года ректор настоял на том, чтобы я стал проректором по учебной работе (расщепив с этого момента должность единственного проректора на две – по учебной работе и по научной работе). С его стороны это был нормальный кадровый подход – обкатывать людей, хоть в чем то себя проявивших, на разных должностях. Явных карьерных намерений у меня не было, но попробовать себя на такой работе я не отказался.
Работа проректором длилась всего 9 месяцев – с ноября 1984 по июль 85-го. Большего я не выдержал. Ибо объемы и разнообразие конфликтов интересов между профессорами, заведующими кафедрами, деканами и руководителями учебно-вспомогательных служб показались мне чрезмерными. А уйти от обсуждения и обязанностей разруливания этих конфликтов было невозможно. И это при том, что со всеми конфликтующими я поддерживал хорошие отношения.
Поэтому в июле 1985-го я подал прошение об отставке. Надо сказать, что ректор, получив это прошение, действовал вполне в духе общепринятых тогда (да и всегда) правил. Которые сводились к тому, что слабаков и проигравших дотаптывают. Он потребовал переписать заявление об отставке. И я это сделал. В новом его варианте пришлось написать, что я прошусь в отставку, поскольку считаю, что с работой в должности проректора не справился. И ректор "отпустил" меня, но не в рядовые доценты, как я хотел, а на должность декана физфака, объявив это партийным поручением (тогда и произошло разделение физмата на физфак и матфак).
Итак, первый аръергардный бой я проиграл. При расставании он мне намекнул, что если я "буду плохо себя вести", то получу такую характеристику, необходимую для представления в совет по защитам диссертаций, что защита моей докторской не состоится. На что я сделал контрнамек – "если такая характеристика появится, то для ее автора это кончится летально". На том и расстались. Были и другие столкновения, ибо ни в каком обществе независимое поведение подчиненных не поощряется. Были и периоды практически полной нормализации отношений.
Бдительности я, однако, в тот момент не потерял. И поехал на защиту докторской в апреле 1986 года как в отпуск, не сообщив никому куда и зачем. Разумеется, на следующее за защитой утро я позвонил ректору и сообщил о "сухой" защите. По видимому он был несколько потрясен. Поскольку кроме многократного "поздравляю" ничего больше в трубку не сказал. Обычно после защиты докторской в 1980-х в ВолГУ человеку сразу организовывали кафедру, если раньше ее у него не было. В порядке исключения мне сделали существенную отсрочку выдачи этого "дивиденда". Кафедру мне позволили создать лишь летом 1988 года.
Школа.
Возможно, мне просто повезло в том, что в первом наборе в 1980 году на "физику" поступили довольно сильные ребята. Или им с моей стороны уделялось весьма много внимания. Но результат оказался приличным. Из этого набора (выпуск 1985 года) по специализации "теоретическая физика" уже к концу 1989 года четверо стало кандидатами наук (Виктор Леви, Илья Коваленко, Елена и Валентина Михайловы). Чуть позже к ним присоединились Александр Хоперсков (после службы в армии), выпускники следующих наборов (Виктор Мусцевой, Николай Лебедев и ряд других) и начинавшие в ВолГУ свой трудовой путь ассистенты – выпускники других ВУЗов. Часть из них в "нулевые" годы стали докторами наук и заведующими кафедрами.
После моего вынужденного ухода в политику осенью 1991 года связь с ними существенно ослабла. Но с Хоперсковым мы еще некоторое время сотрудничали. Как по научной работе, так и по написанию монографии "Физика дисков". Эту книжку я начал писать сразу после защиты докторской летом 1986 года в отпуске в Крыму. Конкретно – в Симеизе (туда меня руководство Астросовета АН СССР пыталось сосватать директором обсерватории, но мы с моей женой Людмилой, слава богу, отказались).
С активным участием Саши Хоперскова книга была практически дописана уже к концу 1988 года и ее приняли к печати в издательстве "Мир", которое в те времена издавало в основном переводы зарубежных научных монографий. Но перестройка внесла свои коррективы – издательство потребовало оплатить издание книги. С грехом пополам к концу 1989 года я наскреб необходимые средства со своих хоздоговоров и проплатил. Но к этому моменту во всей стране наступил полный бардак, деньги пропали и книгу не издали.
Удовлетворение мы получили позже - книжка была размещена на сайте ГАИШа (Астрономического института МГУ), а к 25-летию ВолГУ была напечатана университетским издательством. Я выкупил штук 40 и разослал старым друзьям, продолжавшим работать по астрофизической тематике. А потом пришлось докупать еще, чтобы удовлетворить дополнительные запросы.
Второй круг.
Передышка от деканства длилась около полутора лет. За это время удалось вчерне написать докторскую диссертацию. Осенью 1984 года ректор настоял на том, чтобы я стал проректором по учебной работе (расщепив с этого момента должность единственного проректора на две – по учебной работе и по научной работе). С его стороны это был нормальный кадровый подход – обкатывать людей, хоть в чем то себя проявивших, на разных должностях. Явных карьерных намерений у меня не было, но попробовать себя на такой работе я не отказался.
Работа проректором длилась всего 9 месяцев – с ноября 1984 по июль 85-го. Большего я не выдержал. Ибо объемы и разнообразие конфликтов интересов между профессорами, заведующими кафедрами, деканами и руководителями учебно-вспомогательных служб показались мне чрезмерными. А уйти от обсуждения и обязанностей разруливания этих конфликтов было невозможно. И это при том, что со всеми конфликтующими я поддерживал хорошие отношения.
Поэтому в июле 1985-го я подал прошение об отставке. Надо сказать, что ректор, получив это прошение, действовал вполне в духе общепринятых тогда (да и всегда) правил. Которые сводились к тому, что слабаков и проигравших дотаптывают. Он потребовал переписать заявление об отставке. И я это сделал. В новом его варианте пришлось написать, что я прошусь в отставку, поскольку считаю, что с работой в должности проректора не справился. И ректор "отпустил" меня, но не в рядовые доценты, как я хотел, а на должность декана физфака, объявив это партийным поручением (тогда и произошло разделение физмата на физфак и матфак).
Итак, первый аръергардный бой я проиграл. При расставании он мне намекнул, что если я "буду плохо себя вести", то получу такую характеристику, необходимую для представления в совет по защитам диссертаций, что защита моей докторской не состоится. На что я сделал контрнамек – "если такая характеристика появится, то для ее автора это кончится летально". На том и расстались. Были и другие столкновения, ибо ни в каком обществе независимое поведение подчиненных не поощряется. Были и периоды практически полной нормализации отношений.
Бдительности я, однако, в тот момент не потерял. И поехал на защиту докторской в апреле 1986 года как в отпуск, не сообщив никому куда и зачем. Разумеется, на следующее за защитой утро я позвонил ректору и сообщил о "сухой" защите. По видимому он был несколько потрясен. Поскольку кроме многократного "поздравляю" ничего больше в трубку не сказал. Обычно после защиты докторской в 1980-х в ВолГУ человеку сразу организовывали кафедру, если раньше ее у него не было. В порядке исключения мне сделали существенную отсрочку выдачи этого "дивиденда". Кафедру мне позволили создать лишь летом 1988 года.
Школа.
Возможно, мне просто повезло в том, что в первом наборе в 1980 году на "физику" поступили довольно сильные ребята. Или им с моей стороны уделялось весьма много внимания. Но результат оказался приличным. Из этого набора (выпуск 1985 года) по специализации "теоретическая физика" уже к концу 1989 года четверо стало кандидатами наук (Виктор Леви, Илья Коваленко, Елена и Валентина Михайловы). Чуть позже к ним присоединились Александр Хоперсков (после службы в армии), выпускники следующих наборов (Виктор Мусцевой, Николай Лебедев и ряд других) и начинавшие в ВолГУ свой трудовой путь ассистенты – выпускники других ВУЗов. Часть из них в "нулевые" годы стали докторами наук и заведующими кафедрами.
После моего вынужденного ухода в политику осенью 1991 года связь с ними существенно ослабла. Но с Хоперсковым мы еще некоторое время сотрудничали. Как по научной работе, так и по написанию монографии "Физика дисков". Эту книжку я начал писать сразу после защиты докторской летом 1986 года в отпуске в Крыму. Конкретно – в Симеизе (туда меня руководство Астросовета АН СССР пыталось сосватать директором обсерватории, но мы с моей женой Людмилой, слава богу, отказались).
С активным участием Саши Хоперскова книга была практически дописана уже к концу 1988 года и ее приняли к печати в издательстве "Мир", которое в те времена издавало в основном переводы зарубежных научных монографий. Но перестройка внесла свои коррективы – издательство потребовало оплатить издание книги. С грехом пополам к концу 1989 года я наскреб необходимые средства со своих хоздоговоров и проплатил. Но к этому моменту во всей стране наступил полный бардак, деньги пропали и книгу не издали.
Удовлетворение мы получили позже - книжка была размещена на сайте ГАИШа (Астрономического института МГУ), а к 25-летию ВолГУ была напечатана университетским издательством. Я выкупил штук 40 и разослал старым друзьям, продолжавшим работать по астрофизической тематике. А потом пришлось докупать еще, чтобы удовлетворить дополнительные запросы.